|
|
14 - 25 октября 2008. Александр Румянцев. |
Живопись
В залах галереи |  | |  | |  | | | | | | | Александр Румянцев родился в Ленинграде в 1951 году.
В 1975 году окончил институт живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина.
Любой художник в большей или меньшей степени имеет сходство со своими работами. Это относится не только к автопортрету, в котором больше всего заметно сходство со своим автором, художником Александром Румянцевым. За сдержанной выразительностью можно угадать своего рода оторванность от жизни, углублённость в мысли, уход во «внутреннюю эмиграцию». Выполненный в коричневых тонах автопортрет с его резким, могущим о многом рассказать силуэтом, поражает не только внешним сходством. Он глубоко проникает в характер автора, соответствует ему физически и психически. В чём его похожесть с петербургскими или парижскими, израильскими, итальянскими или карельскими ландшафтами? Или его схожесть с песчаными пляжами при дневном и ночном свете, которые созданы минимальным количеством живописных средств, но которые отличает мощная энергия живописи, сочетания плоскостей, цветовых пятен и линий. Или непрекращающееся движение шумно проносящихся мимо автомобилей, световые вспышки уличной рекламы, окон и домов, в которых идёт своя жизнь. Утончённые, экспрессивные персонажи, обнажённые танцующие фигуры; группы людей на улице, лица такие, как если бы они вдруг были схвачены на эскалаторе метро. Чем похожи все эти персонажи, фигуры, лица, пластические конструкции, вариации декоративных форм и линий на художника Румянцева, который изображает их на своих полотнах? В его работах, как и в реальной жизни, заметен тот вид гармонии противоположных, компенсирующих самообладание черт, которые выражаются в страстности красок, и в порывистом живописном почерке. При каждой встрече с художником, случись она в мастерской или на выставке преобладает импрессионистическое впечатление, в основе которого лежат эмоциональные импульсы, живописные потоки. Разумеется, речь идёт не о прямом переносе характера художника в его картину, а прежде всего об определённых художественных ассоциациях. В образе автора, который так ясно выражен в автопортрете, ощущается средоточие эмоций, темперамента, напряжения. Это средоточие в его деревенских ландшафтах, холмах Палестины, или израильских городах в светлых и иногда напряжённых абстрактных тонах создаёт совсем не простую гармонию. В них почти доминирует идея чёткого согласия, почти что гармония противоположностей. Тут можно упомянуть тёмные мистические пляжи с таинственными волшебными огнями или картины из деревенской серии, где чёрные дома в густых сумерках замирают как будто бы настороже. И что касается чёрного цвета: у Румянцева он приобретает ощутимые оттенки, он никогда не выглядит как «оболочка», что говорит о высокой живописной культуре, а также о восприятии достойной традиции ( от Эль Греко до М. Нестерова, А. Родченко, Р. Корина, Ренато Гуттосо…) То же самое в определённом смысле можно отнести и к его зелёным прудам, насыщенным глубоким, объёмным светом, благодаря которому раскрывается его собственная драматургия, его пластическая фабула. В условной мягкости, а также в экспрессии цветовых решений Румянцев, при умеренной страсти и спокойствии, сохраняет ту образную наглядную грань, которая едва избегает «острых углов». Это не результат математических расчётов, а необходимое при композиции чутьё. А также это черта характера. Бескомпромиссность художника Румянцева не агрессивная и не вызывающая. Что касается скульптуры, то даже самые яркие работы не обладают озадачивающим характером. Работам художника в значительной мере присуща фантазия и естественные течения. В абстрактных или приближающихся к абстрактным произведениях, в которых в большей степени доминирует форма, ещё более ощутимы на уровне ассоциаций живые природные потоки. В этом случае он «создаёт композицию», тогда как в примере с деревней, по его словам, « сама природа оказывает более сильное влияние». |
|
|
|
30 сент. - 11 окт. 2008. Алик Якубович. Фотография |
«ДУША ГОРОДА»
Фотография
В малом зале |  | |  |
 | |
 | Алик Якубович — фотолюбитель и немного поэт, родился в 1958 году в городе Горьком.
В 1978 году увидел в журнале «Советское фото» фотографии ленинградца Бориса Смелова, бросил медицинский институт и занялся фотографией.
В 1999 году, оказавшись в Санкт-Петербурге в командировке, увидел отражение Спаса на Крови в реке Неве и простоял несколько часов. С этого момента начался проект «Душа города», который продолжился в Ялте, Стамбуле, Нижнем Новгороде.
В настоящее время автор работает над социальными проектами «Пацаны», «Дни города» и над третьей книгой акустической фотографии.
Персональные выставки Алика Якубовича прошли в Арле, Мон Пелье, Уэльсе, Москве, Нижнем Новгороде, Ижевске, Дмитровграде, Новочебоксарске, Ясной поляне.
30 сентября в стенах малого зала галереи Борей откроется выставка, приуроченная к выходу в свет второй книги акустической фотографии Алика Якубовича «Летающие рыбы». |
|
|
|
30 сентября - 11 октября 2008. Артур Молев. Живопись/графика |
«РАДОСТИ»
Живопись/графика
В залах галереи |  | |  | |  | | | | | | | Живопись Артура Молева. У нее всегда одни и те же любови: жизнь жадно впитывается ею губкой цвета, яркими красками в избытке наделяет она все, что метется на холст быстрой, страстной до дрожи кистью. Полутона и получувства, спокойствие и размеренность, шепот и придыхание не в ее духе. У этой живописи всегда узнаваемый голос по накалу страстей и по характерному густому и хрипловатому, мужественному тембру, впрочем, если вы расслышите в ней неожиданно звонкие детские голоса, то тоже не ошибетесь.
Не каждый Иван-дурак удержит в руках перо жар-птицы, не дается она так просто, а уж если поймал чудо птицу за хвост – хлопот не оберешься. Я не знаю, где и когда в точности подкараулил Артур свою жар-птицу, но могу представить себе, конечно не чисто поле с черным куполом мерцающего звездного неба над ним, а что-то совсем иное: скорее полыхнула она, озарив тайным цветом верхушку стены доходного кирпичного дома где-то на Петроградской стороне, да так, что и приворотила к себе художника. Жжется перо, руки от него словно горят, зато кисть в них так и бегает по холсту, летает прямо. Зимой, а ведь зимы на улице Шкапина суровые бывали (даром, что ли немцы недавно в тамошних трущобах-руинах Берлин сорок пятого года снимали), от него еще и краски на палитре разогревались. Сам художник тоже согреться был не прочь, бывало, для чего скакал на своем верном коньке-горбунке в близлежащий лабаз. Однажды так резво поскакали, что чуть было ступеньки на лестнице дома на Пушкинской 10 не подожгли: искра из-под копыта вылетела и… ничего, обошлось, вот только ступенька одна с тех пор позолочена стоит. Кто ходит мимо, обязательно эту историю с Артуром вспомнит.
Прошли те времена, теперь картинки его по-щучьему веленью, по емелину хотенью по почте из города Амстердама приходят. Открываешь послание, а там другие города, один краше другого стоят, и все вроде как не Петроградская и не Васильевский, а что-то все равно родное видится. А потому что – Оно, - перо то есть, жжется по-прежнему и градус в нем все такой же – как увидишь, не ошибешься, сразу узнаешь. |
|
|
| | << Start < Prev 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Next > End >>
| | Results 82 - 90 of 188 |
|
галерея 
